ГДЗ #1
На этой странице вы сможете найти и списать готовое домешнее задание (ГДЗ) для школьников по предмету Русский язык, которые посещают 10-11 класс из книги или рабочей тетради под названием/издательством «Учебник», которая была написана автором/авторами: Гольцова. Г ДЗ представлено для списывания совершенно бесплатно и в открытом доступе.
Архивные смальты поэтической мозаики поэта Рубцова
Статья вторая. Стихотворение
«Элегия» («Стукнул по карману – не звенит»). Архивная история написания,
ранние варианты и устоявшиеся версии стихотворения. К постановке вопроса о многовариантности лирики поэта.
Стукнул по другому — не слыхать.
В коммунизм – таинственный зенит –
Полетели мысли отдыхать.
Но очнусь, и выйду за порог,
И пойду на ветер, на откос
О печали пройденных дорог
Шелестеть остатками волос.
Память отбивается от рук,
Молодость уходит из – под ног,
Солнышко описывает круг,
В стихотворении сохранена пунктуация архивного документа. Посвящение брату
Алику Рубцовым не озвучивается, нет его и на первой печатной версии из ГАВО. В
сборнике «Волны и скалы» выпущенном самиздатовским способом Борисом Тайгиным в
1962 году в количестве шести
экземпляров данное стихотворение датируется
мартом 1962 года, указывается место написания (возможно имелось в виду именно
этой версии) — город Ленинград.
Обложка
сборника «Волны и скалы». Рисунок Николая Рубцова. Обращаю внимание, что на
рисунке не боевой корабль Северного Флота, а рыболовецкий траулер РТ – 20
«Архангельск», по памяти нарисованный поэтом.
Стукнул по другому –
В безоблачный зенит
Из – под ног.
Я очнусь и выйду
Стукну по карману –
Стукну по другому –
Стукнул по карману — не звенит!
Стукнул по другому — не слыхать!
В тихий свой, таинственный зенит
Полетели мысли отдыхать.
Но очнусь и выйду за порог,
И пойду на ветер, на откос
О печали пройденных дорог
Шелестеть остатками волос.
Память отбивается от рук.
Молодость уходит из-под ног.
Солнышко описывает круг—
Жизненный отсчитывает срок.
Давайте обратимся к воспоминаниям приятелей поэта об этом стихотворении
Хлопнул по карману
Хлопнул по другому
Если только буду знаменит,
И возвышенно-грустное название свое — «Элегия» — обретет это
стихотворение позже. В таком виде, строго говоря, будет оно опубликовано на
сотой странице сборника «Звезда полей», выпущенного издательством «Советский
писатель» в 1967 году.
Мы — три десятка моряков, летчиков, солдат, военных строителей —
восприняли это стихотворение как шутку, не более. А иначе и быть не могло.
Давайте вспомним:
Молодость уходит из-под ног,
Солнышко описывает круг —
Очень уж не вязалась печальная наполненность этих строк с обликом
автора — жизнерадостного морячка. Впрочем, даже не то, что не вязалась —
противоречила ему».
«Но первую свою популярность Николай завоевал все же
среди студенческого окружения исполнением своих песен-экспромтов, сочиненных как
бы в шутку, но с явным вызовом официальной поэзии.
Однажды, когда я заглянул в его комнату на звук гармошки и голоса (он
неплохо играл и на гитаре), он напевал такие строки, ставшие впоследствии широко
известными:
Стукну по карману — не звенит.
Стукну по другому — не слыхать.
В коммунизм, в заоблачный зенит
Полетели мысли отдыхать.
Стихотворение это под названием «Элегия» было впервые опубликовано в
сборнике «Николай Рубцов» («Советская Россия», 1977 г.), в нем была
«подредактирована» первая строфа: «Стукну по карману — не звенит. Стукну по
другому — не слыхать. В тихий свой таинственный зенит полетели мысли отдыхать».
Согласитесь, это слабее, расплывчатее по мысли».
Стукнул по карману — не звенит.
Стукнул по другому — не слыхать.
Правда, выпуская в издательстве «Советский писатель» в 1967 году свою
первую московскую книгу «Звезда полей», автор счел нужным заменить и уточнить
некоторые слова из последних двух строчек. И, мне думается, поступил совершенно
верно: у него был тонкий вкус к слову».
Ну вот, Укачин уже более точен в
воспоминаниях. Но, повторюсь, нас интересует последняя строфа и отношение к ней.
Это связано с вопросом многовариантности лирики Рубцова и с тем как же печатать
его произведения.
Редкая фотография
Н. М. Рубцова, как нельзя лучше иллюстрирующая содержание
стихотворения «Элегия». Рядом с Николаем Рубцовым за столиком
поэт Игорь Ляпин.
Предлагаю вернуться к сборнику «Волны и скалы» и внимательно пробежаться по
его содержанию. В разделе седьмом «Хочу – хохочу» давайте пристально вчитаемся
в стихотворение «МУМ ( марш уходящей молодости)» на странице 43. Стихотворение
датировано Рубцовым апрелем 1962 года.
(марш уходящей молодости)
Страница сборника «Волны и
скалы» со стихотворением «МУМ».
На лицо очень
серьёзная редакторская работа Тайгина и неподдельный интерес и ответственность
Рубцова. Ничего лишнего, того, чего бы Николай Рубцов не хотел видеть в
сборнике, в нём просто появиться не могло. Почему же две версии одного и того же
по сути стихотворения оказались в этом сборнике. Если отбор в «Волны и скалы»
был ответственным, то, что это — небрежность или недосмотр поэта и издателя?
Думается, нет, Считаю, этот шаг Николая Рубцова распутьем. Вот она дорога
экспериментов, авангарда, может быть полных залов поклонников, созвучные времени
«оттепели» в политике стихотворные строки «МУМ». Можно двигаться по этой дороге,
конечно совершенствуя тематическое мастерство и далее успех на этом пути.
Рубцов
это понимает и пишет в предисловии к сборнику «Волны и скалы»: «В этот сборник вошли стихи очень разные. Весёлые, грустные, злые. С
непосредственным выражением и с формалистическим, как говорится, уклоном.
Последние — не считаю экспериментальными и не отказываюсь от них, ибо, насколько
чувствую, получились они — живыми. Главное — что в основе стиха. Любая «игра» не
во вред стихам, если она — от живого образа, а не от абстрактного желания
«поиграть». Если она — как органическое художественное средство. Это понятно
каждому, кто хоть немножко «рубит» в стихах».
Но в том, же предисловии: «В жизни и поэзии — не переношу спокойно любую фальшь, если её почувствую. Каждого искреннего поэта понимаю и принимаю в любом виде, даже в самом
сумбурном. По-настоящему люблю из поэтов-современников очень немногих. Чёткость общественной позиции поэта считаю не обязательным, но важным и
благотворным качеством. Этим качеством не обладает в полной мере, по-моему, ни
один из современных молодых поэтов. Это — характерный знак времени. Пока что не
чувствую этот знак и на себе».
Размышления Рубцова интересны, но содержание
сборника интересней не менее. « Вместо предисловия», в начале, Николай Рубцов
печатает классический (пусть и первый) вариант «Элегии», а «МУМ»,
экспериментальный вариант, только в конце, — в разделе «Хочу – хохочу» как бы
уже не в серьёзной, не в актуальной для него позиции. Посвятив «Элегию» брату
Алику Николай предначертал себе другой путь, выбранный сознательно – дорогу
русской классической поэзии и в ней он видит своё будущее. Свою светлую печаль и
свою любовь к родному краю, к России поэт выплеснет в стилистике великих русских
поэтов. Рубцов уже тогда осознанно выбирает прямой и понятный поэтический удел Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Блока, Бунина.
Не знаю, насколько убеждает это
наблюдение, но вот ещё один характерный штрих рубцовского перепутья. Рубцов
заканчивает сборник «Волны и скалы» разделом «Вместо послесловия». В нём одно
стихотворение «Лесной хуторок» (идиллия), а это тоже первый вариант
стихотворения «Добрый Филя», которое считается наиболее рубцовским в раннем
периоде творчества поэта. Расставаясь с читателями, Николай Рубцов расстаётся и
с иллюзиями эстрадной поэзии и заявляет о переходе к так знакомому и ценимому духовному содержанию своих стихов. Из стихотворения «МУМ» Николай Рубцов убирает
слишком уж непоэтичную последнюю строфу.
Стукнул по другому, — не слыхать.
За туманом – не видать зенит:
Как в море.
И невольно вспомнишь слово «мать» —
Спасибо Борису Ивановичу Тайгину, что сохранил для истории литературы эту
страничку. Её прислал автору материала С. А. Першин, краевед, исследователь,
библиофил из города Дзержинска Горьковской области. Сам он получил её от Тайгина
5.07.2002 года. И если у Рубцова были такие верные друзья и остаются такие
верные поклонники, то шансы разобраться в его поэтическом феномене сохраняются
высокие.
Страница макета сборника
«Волны и скалы» из архива Б. И. Тайгина с зачёркнутым рукой Рубцова
последним четверостишием, не вошедшим в сборник.
Понимаю всю серьёзность следующего заявления. Получается, что в начале своей
поэтической карьеры, при печатании сборника «Волны и скалы», Н. М. Рубцов уже
применил тот принцип, по которому автор данного материала тоже хотел бы чтобы
публиковали стихи Рубцова – МНОГОВАРИАНТНОСТЬ. Это важнейшее качество
произведений поэта, а значит надо печатать все возможные версии стихов Рубцова,
как он сам уже делал это в «Волнах и скалах». Итак, публикацией в одном сборнике
двух версий одного стихотворения Николай Рубцов как бы провозглашает свой
манифест. Проститься с экспериментами в поэзии в тексте «МУМ», а в «Элегии»
обьявить основной принцип своих последующих стихов элегичность, светлую печаль о
том, что было, и что есть в действительности, но могло бы быть по — иному.
Рубцов сам провозглашает принцип многовариантности своих стихов и в сборнике
«Волны и скалы», возможно в спорах с Тайгиным ему удалось его отстоять. Что
касается следующих официальных сборников, то вряд ли редакторы прислушивались к
мнению Рубцова и многовариантность осталась только в черновиках (которых
сохранилось относительно немного) и в архивных документах, которых с этой точки
зрения ещё никто не изучал.
- А. Ольшанский «Спокойных звёзд безбрежное мерцанье». « Парламенская газета»
01.01. 2001. - В. Сафонов «Иметь большую цель». « Воспоминания о Рубцове» СЗКИ.
Архангельск. 1983. - Б. Тайгин «Ленинградский год Николая Рубцова» Воспоминания. « Н. М. Рубцов
«Волны и скалы» Бэ – Та, СПб, 1998.
Материал предоставлен автором
